В Башкирии начали борьбу с расхищением природных богатств и нелегальными недропользователями. В ходе этой борьбы своего поста уже лишился министр природопользования и экологии Илдар Хадыев. Впрочем, как выяснилось, проблема не только в бездействии минэкологии. В нелегальном бизнесе замешаны полиция и прокуроры, которые «спускают на тормозах» обращения о незаконной добыче и годами покрывают «черных копателей».

В республике продолжаются кадровые ротации в правительстве. На этот раз под раздачу попал министр экологии и природопользования республики Илдар Хадыев, который в понедельник, 9 ноября, по итогам оперативного совещания у врио главы региона лишился своего поста. Ознакомившись с докладом Контрольно-счетной палаты республики о неэффективности деятельности министерства в сфере недропользования, врио главы Башкирии Радий Хабиров заявил, что «работать дальше с таким руководителем» не намерен и поручил премьер-министру Рустэму Марданову подготовить соответствующее кадровое решение. Исполняющим обязанности министра экологии назначили бывшего замруководителя аппарата правительства Башкирии Мирхайдара Фатхуллина.

Вопрос добычи общераспространенных полезных ископаемых (ОПИ) в республике и надзора за деятельностью недропользователей возник в ходе рабочей поездки господина Хабирова по Зауралью, состоявшейся в конце второй недели его работы в новом статусе. В частности, он побывал на одном из карьеров по добыче природного камня-плитняка близ села Темясова в Баймакском районе. Глава муниципалитета Ильшат Ситдиков сообщил тогда, что на территории района около 40 таких карьеров. Поскольку добыча ведется незаконно, ни республика, ни район не получают с этого налогов, хотя природный камень является одним из наиболее дорогих облицовочных стройматериалов.

– Ситуация с разработкой природного камня меня возмутила. Я считаю, что ваш район просто грабят, – заявил на это Радий Хабиров. – Мы рассмотрим эту ситуацию, создадим специальную группу и будем это останавливать.

По итогам поездки руководитель Башкирии дал поручение о приостановке выдачи лицензий, чтобы было время продумать меры по исправлению ситуации.

– Вся эта разработка ведется более 20 лет. Вы понимаете, какой ущерб причинен? Там люди без штанов ходят, инвалиды ко мне обращаются, женщины с маленькими детьми. Как так вообще, я не понимаю? – обратился господин Хабиров к членам правительства на оперативном совещании.

 


По данным минэкологии, с начала года выдано более 300 лицензий. Доходы республики от лицензий, которые Башкирия отторговывает на аукционах, не превышают 110 млн руб. Добываемый в регионе камень идет в Москву, Подмосковье, Санкт-Петербург, Грозный.


Тема получила продолжение на заседании Курултая в пятницу, 9 ноября, когда отчет Илдара Хадыева «О порядке получения права пользования участками недр местного значения в Республике Башкортостан» стал последним в его министерской карьере.

Отчитываясь перед депутатами, господин Хадыев сообщил, что с начала года его ведомство оформило и выдало 49 лицензий на добычу ОПИ. За 10 месяцев комиссия по недропользованию аннулировала 36 лицензий и приостановила право пользования 73 участками, в большинстве случаев из-за нарушения лицензионных условий. В текущем году выявлено 225 нарушений природоохранного законодательства, выдано 21 предписание, к ответственности привлечен 271 виновный, в том числе на 247 человек наложены административные штрафы на 15,6 млн руб. В ходе проверки лицензионных участков инспекторы минэкологии выявили 129 случаев незаконной добычи ОПИ. Наибольшее количество – в Белорецком, Баймакском и Дуванском районах. К административной ответственности привлечены 138 нарушителей на 7,5 млн руб.

Незначительное количество проверок объясняется тем, что большая часть пользователей недр – 60% – представители малого бизнеса, пояснил Илдар Хадыев. Федеральный закон запрещает проверять эти компании чаще одного раза в три года. По его словам, в Госдуме находится законопроект, предлагающий исключить из моратория эти категории недропользователей.

В качестве усиления мер надзора чиновник предложил увеличить размер штрафов, ввести конфискацию орудий совершения правонарушения, повторно выйти в Госдуму с инициативой об установлении уголовной ответственности за незаконную добычу ОПИ. Он обратил внимание депутатов на пробел республиканского законодательства, которое не предусматривает меры по учету социально-экономических и экологических интересов населения при предоставлении недр в пользование, хотя в ФЗ о недрах такой пункт есть. Он предложил включить это условие в республиканский закон и выдавать участки только с учетом интересов местных жителей.

Доклад экс-министра был омрачен отчетом КСП. В ходе проверки она выяснила, что запасы ОПИ в Башкирии сократились за три года более чем на 6 млн кубометров, выявила «многочисленные факты не прекращения лицензий, не предоставления отчетностей со стороны недропользователей, не обеспечения административного воздействия». В результате в 2015 – 2017 годах бюджет потерял свыше 80 млн руб. Количество рейдов по выявлению незаконной добычи снизилось с 648 в 2015 году до 135 в 2017 году, а количество направленных в правоохранительные органы материалов по факту незаконной добычи ОПИ упало с 40 до нуля единиц. В карьерах не проводится рекультивационная работа, что превращает их в свалки бытовых отходов. Администрации муниципальных районов не принимают меры к своевременному переводу земель из категории сельхозназначения в промышленную, что приводит к ущербу для бюджета из-за разницы значений арендных ставок, говорится в отчете КСП.

В минэкологии попытались оспорить выводы ведомства. Так, начальник уфимского теруправления министерства Альфия Абзелилова заявила, что информация об отсутствии обращений в правоохранительные органы не соответствует действительности.

– Я готова представить все эти письма, которые были отправлены в полицию, – заявила она.

Снижение количества проверок, по ее словам, обусловлено пассивной позицией МВД, поскольку вместе с сотрудниками минэкологии в рейды должны выезжать и правоохранители. Уфимское теруправление, по ее словам, регулярно пишет письма о возможных нарушениях в полицию, однако «в данное время в Уфе и Уфимском районе таких рейдов не было».

И. о. природоохранного межрайонного прокурора Рушан Хайртдинов, напротив, настаивал на том, что минэкологии самоустранилось от реального контроля за деятельностью недропользователей, а «сведения об условиях пользования лицензиями, объеме добычи, изменении запасов ОПИ ведомством не истребовались».

– Минэкологии слабо реализует свое право по отзыву лицензий, что увеличивает и создает в головах у правонарушителей иллюзию безнаказанности. Вызывают вопросы и действия органов местного самоуправления, предоставляющих право добычи ПИ третьим лицам взамен на удовлетворение собственных нужд, – подчеркнул Рушан Хайртдинов, впрочем, поддержав идею об усилении уголовной ответственности для недропользователей.

Однако депутат Госдумы Зариф Байгускаров, занимающийся проблемами незаконной разработки недр с 2017 года, уверен, что действующего законодательства достаточно, «просто нужно работать». По его словам, за прошлый год минэкологии наложило «мизерные» штрафы на 12 млн руб. Однако даже эти штрафы на исполнение не предъявляются, в итоге сроки исполнения истекли. Лицензиаты перепродают свои лицензии сторонним фирмам.

– В августе я поехал посмотреть карьеры в Темясово, увидел 15 человек чеченцев. Спросил, где лицензии, выяснилось, что у них ничего нет. Со мной были полицейские. Я попросил их проверить законность такой добычи, они пообещали, но мер реагирования не последовало, – рассказал депутат.

Он подчеркнул, что не верит полиции и прокурорам на районном уровне.

– Я обращался в прокуратуру Башкирии и в МВД: уважаемый прокурор, уважаемый начальник полиции, вы же не слепые, не могли этого не видеть, почему не пресекали? Они молчат. Почему они молчат, я не знаю. В полиции мне сказали, что не могут поймать «черных копателей», потому что те уходят через горы. Но там одна дорога на трассу. Весовой контроль не штрафует груженые грузовики. Они все превышают установленный вес. Там штрафы могут быть миллионные. Машины можно арестовать, но этого ни разу не было сделано. Почему? Может быть, за красивые глазки? Не знаю. Этот вопрос сами знаете, кому адресован, – заявил Зариф Байгускаров.

По его словам, только из карьера возле Темясово за полгода добывается природный камень на сумму 1,2 млрд руб., «в целом по республике это десятки, сотни миллиардов рублей, при этом ни копейки в бюджет республики не поступает». Баймакский район, подчеркнул он, мог бы получать ежегодно 30 млн руб. налогов.

Впрочем, Илдар Хадыев ответствовал, что в сентябре минэкологии проверяло этот участок, но «там ничего не было».

Пытаясь отбиться от шквала критики, чиновник заметил, что одновременно находиться на всех участках инспекторы минэкологии не могут, все это должны мониторить сами муниципалитеты, а минэкологии проверяет добываемые объемы.

– Здесь смешали все с оценкой минэкологии. Услышьте меня – системность мер заключается в том, что каждый на своем участке должен осуществлять свои полномочия, – подчеркнул господин Хадыев.

В ответ председатель комитета по аграрным вопросам, экологии и природопользованию Альфарис Байчурин заявил, что координатором всех этих действий должно выступать минэкологии. На это господин Хадыев воскликнул, что правоохранительные органы серьезно ограничивают действия ведомства, но его слова не были приняты во внимание.

Оставьте отзыв

Please enter your comment!
Пожалуйста, введите здесь свое имя