В июне творческая группа башкирских кинематографистов отправилась в экспедицию «Дорогами Салавата» – из Уфы в эстонский город Палдиски по следам этапирования Салавата Юлаева и его отца Юлая Азналина. Показ одноименного документально-постановочного фильма о поездке запланирован на 26 сентября в кинотеатре «Родина», в годовщину смерти национального героя Башкирии. RBtoday узнал у режиссера ленты Тансулпан Буракаевой, почему ее трактовка героя может вызвать критику и что движет режиссером-энтузиастом, снимающим кино за копейки.

– Тансулпан, чем этот проект вас заинтересовал?

– Документальных фильмов о Салавате Юлаеве много, но наш – первый, сопряженный с командировкой по всем городам, по которым его везли на каторгу. Изюминка как раз в том, что мы постарались найти места, в которых он содержался во время этапирования. Мы изучали уже известные данные, корректировали их благодаря новой информации от местных краеведов. Например, выяснилось, что в Таллине Салават содержался не там, где предполагается в большинстве источников.

– Вы опирались только на данные от краеведов или самостоятельно тоже проводили исследования?

– У нас не было времени работать в библиотеках на местах, поэтому мы заранее договаривались с краеведами, они проводили собственные исследования и к нашему приезду уже были готовы поделиться информацией. И это была большая удача, потому что это оказывались особенные люди, которые знают больше каких-либо официальных представителей. Периодически они даже полемизировали между собой, выдвигая различные точки зрения на ту или иную деталь.

– Насколько история Салавата популярна среди краеведов тех городов?

– Удивительно, но нам по пути попадались люди, которые были хорошо подкованы в этом вопросе. В Нижнем Новгороде мы опоздали на намеченную экскурсию по местному Кремлю, в итоге попали в другой день к другому экскурсоводу. Оказалось, что он немало знает о Салавате, и привел несколько вариантов, где он мог бы содержаться. То есть совершенно неожиданно появлялись люди, которые были хорошо знакомы с нашей темой. Мы увидели в этом даже что-то мистическое. Мы были уверены, что в каждом городе нам обязательно попадется знающий человек. Так и происходило.

Съемочная группа заехала на родину Салавата Юлаева, чтобы набрать земли в специально изготовленные для этого кисеты, в каких батыры увозили с собой землю в походы. Эти кисеты подарили землякам, живущим вдали от родной земли, а часть развеяли в Палдиски, где покоится прах Салавата. Фото: Азат Мухамедьянов

– Почему вы решили пойти по местам этапирования, а не, скажем, по местам сражений?

– Идея принадлежала Фариту Габитову, председателю республиканского Союза кинематографистов. Что касается мест сражений, по ним тоже есть задумка, но для начала посмотрим, как публика воспримет этот фильм. Возможно, будем думать про «Дорогами Салавата 2».

– На чем фокусируется ваш фильм? Вы хотели показать именно места заключения, то, что от них осталось?

– Когда Фарит Фатихович задумал проект, прежде всего, его интересовала сама киноэкспедиция: он хотел провести тематическое мероприятие в каждом городе, показать там существующие фильмы о Салавате, познакомить публику с башкирским кинематографом. Он настаивал, чтобы мы не выпячивали съемки, поскольку это не самое главное в экспедиции. Фильм просто должен был задокументировать наши встречи со зрителями. Мне же как режиссеру было интереснее снимать. Поскольку мы ехали по историческому маршруту, то решили, что нужно увидеть и заснять места, где был заключен Салават. К тому же в качестве консультанта мы привлекли главного салаватоведа республики Мираса Идельбаева, который не раз бывал в местах заключения Салавата. В конце концов, мы решили уравновесить мероприятия и съемки фильма. Изначально я – режиссер игрового кино, и мне показалось, что будет несправедливо, если мы не введем дополнительную сюжетную линию. Денег у нас было немного, тем более мы старались как можно больше сократить бюджет, чтобы получить грант. Не очень правильный путь, но тем не менее мы постоянно ему следуем: всегда стараемся указать минимальные суммы и заложить туда побольше всего. Потом денег вечно не хватает… Поэтому у нас всего два актера – артист Башкирского театра драмы Мурат Рафиков, который играет Салавата Юлаева, и народный артист Башкирии Ильдар Гумеров, исполняющий роль отца героя Юлая Азналина. Сейчас самое сложное – гармонично соединить все эти части. А это довольно проблематично.

– Почему?

– Мероприятия в каждом городе были довольно однотипными, а нам нужно все показать так, чтобы зрителю не стало скучно. Помогут игровые вставки и документальная часть, в которой участвовали разные люди. Мы заявляли, что фильм будет не больше 26 минут, но в итоге он на глазах превращается в полнометражный фильм. Сейчас идет монтаж, времени мало. Недостаток грантовых фильмов в том, что их нужно делать очень быстро. С одной стороны, плохо, что приходится торопиться, нельзя ничего отложить, с другой стороны – это подстегивает.

Съемки фильма “Дорогами Салавата”. Фото vk.com/dorogamisalavata

– В процессе съемок удалось узнать что-то новое о Салавате?

– Вопрос его этапирования не особенно изучен. По эстонскому периоду его жизни сохранилось всего три документа – остальное только предположения. В Тарту нам показали оригиналы этих документов, мы их засняли.

– О чем они?

– Они касаются их содержания. Была перепись, кто работает в крепости и в каком состоянии. Так, в одном документе пишут, что Салават здоров, а его отец уже болен. Есть письмо, где сообщается о смерти Салавата. Кстати, каменоломня, на которую отправили Юлая и Салавата, действует до сих пор, там добывают камень.

– Наверняка сам Салават Юлаев для вас значимая фигура…

– Думаю, для нас всех – и для башкир в особенности – Салават Юлаев – не просто исторический персонаж. Мы все – в связи с недавним выступлением Руслана Белого, в том числе – очень неравнодушны к Салавату. Я заранее предполагаю, что будет много критики образа самого героя. Каждый видит его по-своему: кто-то согласится с моим кастингом, кто-то нет. Это слишком большая фигура, и каждый башкир считает себя сопричастным к его истории, у каждого с ним свой диалог. И в этом смысле проект был очень интересным. К тому же до этого я планировала снять игровой фильм о Салавате, и поэтому данный проект я рассматриваю как подготовку к тому, еще неснятому фильму.

– А как вы трактуете образ национального героя?

– Мы постарались приблизиться к исторической действительности. Сохранилось описание внешности Салавата и его отца вплоть до того, какой у них был рост, цвет глаз и волос. Мы попытались воссоздать эти образы по найденным документам. Салават не был богатырского телосложения, и его отец тоже. Это были обычные люди. В киноэкспедиции мы показывали нарезку из разных фильмов о герое – каждый режиссер дает свой образ. Я считаю, что нужно больше вариантов, не должно быть одного канонического образа, нужно, чтобы и остальные точки зрения имели право на существование.

Документальный фильм-исследование «Башкирский женский костюм», снятый Буракаевой в качестве курсовой работы в Санкт-Петербургском государственном институте кино и телевидения.

 – Вам удалось выиграть федеральный грант на киноэкспедицию. О какой сумме идет речь?

– 2,7 млн рублей. Большая часть этих денег ушла просто на то, чтобы свозить команду до Палдиски и обратно. При этом деньги уже были распределены таким образом, что средства, зарезервированные на само путешествие, мы не можем потратить на что-либо еще, хотя именно на нем мы здорово сэкономили. Так что часть денег вернется обратно, а мы продолжим искать дополнительное финансирование, потому что по условиям гранта 20% мы должны найти сами.

– Полученная сумма – это много или мало для документального фильма?

– Конечно, это небольшая сумма. К тому же часть ушла на приобретение оборудования, а гонорары на сам фильм остались очень маленькие. В заявке было указано, что если мы просим меньше 3 млн рублей, у нас больше шансов получить грант. В итоге проект получил очень высокие баллы – одни из самых высоких среди победителей, так что мы смело могли подавать хотя бы на 1 млн больше.

– Сложно было бороться за федеральный грант?

– Нет, совсем нет.

– Получить республиканский грант вы не пытались?

– Нет, сразу подали на федеральный. Вероятность получить республиканский грант через министерство культуры очень мала, причем в истории башкирского Союза кинематографистов этот грант – уже второй, размером больше миллиона рублей.

– Есть ли у фильма продюсер? Какую прокатную историю для него готовят?

– Фактически я сама являюсь продюсером, прокатом тоже буду заниматься я. Мы планируем показать фильм по всей республике – думаю, его должны увидеть и студенты, и старшеклассники нашего региона. В городах, куда приезжала наша киноэкспедиция, очень радовались, что у них снимают кино, для них это знаковое событие. И там тоже ждут показа нашего фильма. Думаю, определенный резонанс будет, пусть и не такой широкий. Документалистика все-таки многим кажется скучноватой.

Фото: Владимир Ковальчук

– Документальное кино в России вообще редко попадает в широкий прокат, максимум – это фестивальные показы в отдельных городах.

– Возможно, так будет и в нашем случае. У нас вообще с продюсерами туго. Все верят, что они существуют, а на самом деле их никто никогда не видел. Думаю, в будущем продюсеры у нас появятся, тем более что башкирское кино развивается, к нему появляется зрительский интерес, поэтому я очень оптимистично настроена. Но пока все приходится делать самим. И поэтому прокат такой, доморощенный – режиссеры либо сами ездят, либо нанимают людей, которые доезжают до конкретных точек и показывают фильмы. Вообще, в существующих реалиях это довольно эффективно, такой мелкий кустарный способ сейчас очень актуален.

– А хватает ли усилий министерства культуры Башкирии, чтобы наши фильмы были представлены на российских и зарубежных фестивалях?

– Дело в том, что до недавнего времени киностудия «Башкортостан» снимала фильмы просто, чтобы их снять на выделенные деньги. Не было цели сделать планомерный прокат. Он случался, если за это брался кто-то из авторов или руководителей проекта, чтобы вернуть вложенные средства. В свое время «Ловец ветра» Айсыуака Юмагулова показал хороший потенциал, недавно Айнур Аскаров провел хорошую прокатную кампанию. То же и с фестивалями. Этим либо занимается отдельный человек на студии, либо сам режиссер, как, например, Кирстен Гайнет, которая очень усердно работает над тем, чтобы у ее фильмов была фестивальная история. В киностудии «Башкортостан» этим никто не занимается – я проработала там 9 лет и знаю, что там это происходит очень ситуативно, случайно. Конечно, если целенаправленно заниматься фестивальным продвижением, наша фестивальная история была бы гораздо богаче и приносила бы моральные дивиденды.

– Вы планируете отправлять «Дорогами Салавата» на фестивали?

– Будем, но это не основная его задача. Может быть, я недостаточно оцениваю его потенциал, но, по-моему, это кино внутрирегиональное. Месседж фильма в том, чтобы рассказать о Салавате, причем для подготовленного зрителя. Он для тех, кто хочет узнать о национальном герое что-то новое.

Короткометражный фильм Т. Буракаевой «Два соседа», опубликованный в интернете специально для RBtoday.

– Какое кино вас больше интересует как режиссера – игровое или документальное?

– Игровое. Я начинала именно как режиссер игрового кино. Но и документалистика не менее интересна – это жизнь, она более мобильна, в этом пространстве можно подловить неожиданные моменты, порой очень парадоксальные.

– Гипотетическая ситуация: у вас есть любой бюджет и любые ресурсы, о чем бы вы сняли кино?

– Я бы взялась за историческое кино. Меня заинтересовала история Рабиги Кушаевой, первой башкирской феминистки. В 1917 году, когда ей было 16 лет, она выступила за равноправие женщин и мужчин. Причем она была единственной женщиной-делегаткой на I Всебашкирском курултае в Оренбурге. Ее восприняли с большим неодобрением, отец перестал с ней разговаривать. Думаю, что ее история могла бы быть интересной не только внутри нашего региона, но и за его пределами, в том числе и за рубежом.

– Стоит ли браться снимать кино на заведомо маленькие гранты, понимая, что это, возможно, отразится на качестве?

– Я всегда берусь. Если отказаться от такой возможности, ничего не получится, фильма не будет. А тут ты хотя бы пытаешься что-то сделать. Поэтому я понимаю, почему, например, Булат Юсупов берется за сравнительно небольшие деньги снимать масштабное историческое кино. Я бы тоже взялась.

Оставьте отзыв

Please enter your comment!
Пожалуйста, введите здесь свое имя