Проблема оттока молодежи очень актуальна для Башкирии. В 2017 году, по данным Башкортостанстата, только на учебу в другие регионы выехало 16 405 человек, и возвращаться спешат далеко не все. Почему это происходит, чем живет молодежь за пределами Башкирии и могут ли быть полезны республике земляки, сумевшие реализоваться за ее пределами, RBtoday рассказал общественный деятель, эксперт Федерального агентства по делам национальностей Азат Бадранов, в 2010 – 2018 годах возглавлявший Ассоциацию студентов и аспирантов Башкортостана в Москве и Санкт-Петербурге.

РЕЗЕРВАЦИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ И ТРАДИЦИЙ – ПУТЬ К ВЫМИРАНИЮ

Фактически с момента создания и до недавнего времени вы возглавляли Ассоциацию студентов и аспирантов Башкортостана в Москве и Санкт-Петербурге. Какова цель этой организации?

– В 2009 – 2010 годах правительство республики активно заключало договоры на целевую подготовку кадров в столичных вузах. В результате, в Москве и Питере сформировалась довольно большая группа башкирского студенчества. Поясню, что «башкирское» в Москве и в Питере, скорее, географическое определение, чем этническое. Я в те годы оканчивал юрфак БашГУ, был довольно активным студентом, поэтому меня привлекли к этой работе в качестве волонтера, курирующего взаимодействие с питерскими вузами.

Практически сразу возникла необходимость продумать механизмы социализации нашей молодежи за пределами Башкирии, причем так, чтобы уехавшие студенты не потеряли связь с республикой. Поначалу работали с землячествами, но поняли, что имеющиеся задумки проще воплотить в жизнь через самостоятельное общественное объединение. Так и появилась Ассоциация, цели которой – формирование кадрового потенциала Башкирии, помощь в социализации молодежи и создание положительного образа республики за ее пределами.

Сколько человек состоит в Ассоциации, на каких условиях туда вступают студенты? Что их толкает к объединению?

– В Ассоциации примерно 1500–2000 человек. Есть немало и тех, кто с симпатией и интересом относится к ее деятельности. Ассоциация – это площадка помощи в реализации инициатив нашего студенчества, их организационного и творческого потенциала. Круг мероприятий, проводимых нашей организацией, достаточно широк: это культмассовые, спортивные, интеллектуальные проекты.

У нас нет какой-либо процедуры вступления и института членства. Вообще общественная среда в наше время носит сетевой характер, преобладают горизонтальные отношения. Это значит, что никого невозможно заставить объединиться, можно лишь заинтересовать – создавать интересные мероприятия и события, которые будут находить отклик у аудитории.

Ребята объединяются, прежде всего, чтобы общаться с земляками, потом они находят интересные для себя проекты. Бывали случаи, когда студент приходил к нам со словами: «Мне не нравится, как вы организовываете такое-то мероприятие, оно должно проходить так и так», на что мы отвечали: «Дружище, без проблем, подключайся и давай вместе делать, как нужно». В итоге человек получает возможность реализоваться, мы качественно улучшаем проект и приобретаем нового активиста.

Раньше диаспоры держались за свои национальные корни, традиции, сохраняли язык. Что происходит сегодня, не растворяются ли представители народов России в массовой, глобальной культуре, перенимая «американский» образ жизни?

– Угрозы «американского образа жизни» для национальной идентичности лично я не вижу. Потребительское общество одинаково в Москве и Уфе. На проблему сохранения национальной идентичности мы смотрим иначе. Глупо создавать резервации национальной культуры и традиций, проводить границы с современным миром, это путь к вымиранию. Необходимо интегрировать свою национальную идентичность в урбанизированную среду современного общества. Например, по инициативе Ассоциации проводятся различные молодежные или краеведческие мероприятия на башкирском языке. Когда мы объявили, что будем делать в Москве студенческий КВН на башкирском, скептики говорили, что будет неинтересно: как «молодежно» и современно шутить на национальном языке? Нас уверяли, что больше одной команды не соберем. В итоге, нашему КВНу уже более пяти лет, а желающих участвовать в нем столько, что приходится проводить отборочный этап.

В каком состоянии вы оставили Ассоциацию? Уверены, что ваши идеи, установки не претерпят серьезных изменений?

– Ассоциацию я оставил в том виде, в каком она сегодня известна обществу: с наработанным опытом, связями, интересными мероприятиями и проектами. Опасений в том, что она потеряет свои позиции, у меня нет, ведь это не организация одного человека. Все наши достижения и неудачи – результат командной работы. Работоспособная команда, готовая продолжить начатое, есть, а я всегда готов помочь ребятам в решении тех или иных задач. Идеалом для нас всегда были идеи Просвещения, где человек – творец мира, поэтому приятно и интересно содействовать развитию организации вне зависимости от места работы и места проживания. Как говорят наши активисты – выпускники столичных вузов: «Из Ассоциации не выходят, Ассоциация – это навсегда».

МНОГИЕ ВЕРНУТСЯ, ЕСЛИ БУДЕТ ВНЯТНЫЙ ПРИЗЫВ

Власти республики хотят предотвратить отток молодежи из региона. Деятельность Ассоциации не идет вразрез с этим трендом?

– Порой нас критикуют якобы за пропаганду поступления в столичные вузы. Однако мы считаем, что этот вопрос несколько сложнее, здесь нет черно-белой картинки – уфимские вузы или все остальные за пределами республики.

Понимание единства образовательного пространства страны исключает отношение к обучению ребят из республики в столичных вузах как к «утечке мозгов». Единое образовательное пространство – это всегда циркуляция кадров и знаний. Ребята должны получать знания, опыт в лучших учебных заведениях, чтобы применять их  в Башкирии. Если этого не будет, тогда и региональные вузы начнут стагнировать. Посмотрите биографии ведущих профессоров и академиков Башкирии: большинство из них учились в столичных вузах, в их аспирантурах и докторантурах. Хороший вуз – это не столько красивые здания, аудитории и общежития, а в первую очередь, кадры, признанные в профессиональной среде, с устойчивыми научными связями и практическим опытом.

Именно поэтому со скрипом идут проекты по созданию и поддержанию вузов в моногородах, фактически для существования вуза в моногороде нет естественных условий, поскольку конкурентные кадры рано или поздно выберут более благоприятный город для работы и жизни. То есть для того, чтобы вуз процветал в моногороде, необходимо, прежде всего, экономическое развитие самого моногорода.

Еще один немаловажный момент: из-за сокращения бюджетных мест порой складывается ситуация, когда конкурс в республиканские вузы становится неоправданно высоким, сопоставимым с более рейтинговыми университетами Москвы или Питера. Значит, большинству абитуриентов республики остается получать образование лишь на коммерческой основе. Не все могут себе это позволить.

Пусть больше наших ребят получат высшее образование, даже если для этого им придется уехать из Башкирии. Малую родину у них никто не отнимет, связь с родным краем в той или иной форме останется навсегда. А учеба за пределами республики – это интересный опыт, новые горизонты и возможности. Конечно, цели у всех разные: одни едут, чтобы жить в большом городе, другие – в конкретный вуз.

В связи с этим поступление абитуриентов из республики в столичные вузы нужно рассматривать как развитие кадрового потенциала Башкирии. Например, в республике много говорят о привлечении инвесторов, в том числе китайских, а сколько в Башкирии специалистов, владеющих китайским языком и разбирающихся в этих странах?

Вместо того чтобы искать и за большие деньги привлекать специалистов, не проще ли отправить своих абитуриентов по целевым направлениям в профильный вуз за пределы региона, например, в Дальневосточный федеральный университет? Тогда и не возникнет вопрос о возвращении их обратно. Вообще, если мыслить стратегически: как привлекать инвесторов, работать с зарубежными капиталами и активами, если не обучать специалистов в МГИМО или Дипакадемии?

Дороговизна столичной жизни никого не пугает?

– Это в известном смысле стереотип. По крайней мере, студентов дороговизна не сильно касается: они все-таки живут в общежитиях, а не в дорогой столичной недвижимости. Если сравнить зарплаты, выйдет, что снимать квартиру в Уфе или в Москве для молодого человека примерно равнозначно.

Многие ли возвращаются?

– Начнем с того, что, по статистике, ежегодно учиться в Москву и Санкт-Петербург из республики уезжают около 3000 человек. По нашим подсчетам, порядка 30 – 40% из них возвращаются обратно, но есть тренд на увеличение их числа. Уверен, большая часть, если не все, вернутся, когда  получат к этому внятный призыв.

Должны быть равные как для выпускников уфимских вузов, так и для выпускников столичных вузов действенные механизмы молодежной политики. Это, прежде всего, масштабные и системные меры по стартовым условиям трудовой деятельности и по жилищным программам.

Молодые люди должны видеть перспективы развития в своем регионе: работа, возможность решить жилищный вопрос, а значит, завести семью, рожать детей и быть счастливым человеком рядом со своими родными и близкими. Если бы такие условия действительно были созданы для молодежи, то, во-первых, и из Москвы начнут возвращаться, во-вторых, выпускники уфимских вузов не будут уезжать из региона. Большая часть наших студентов и выпускников вернется в республику, как только будет внятный и предметный призыв к возвращению.

 

ПОРА НАЛАЖИВАТЬ СВЯЗИ С ЗЕМЛЯКАМИ ЗА ПРЕДЕЛАМИ БАШКИРИИ

Вы не первый год живете в Москве. Как из столицы видится политическая ситуация в Башкирии, проблемы и сильные стороны республики, чего нам не хватает, чтобы Башкирия превратилась в бренд?

– На события, происходящие на малой родине, всегда смотрю с вниманием: сопереживаю неудачам, радуюсь достижениям. Родному краю желаю всего наилучшего. Считаю, что для грамотного позиционирования Башкирии не хватает взаимодействия со своим кадровым потенциалом за пределами региона. Не говорю сейчас о возвращении и работе с теми, кто ждет от республики работы и жилья. Речь идет об успешных земляках, работающих во всевозможных государственных и коммерческих структурах. Многие из них могли бы найти точки соприкосновения с родным краем, это могут быть и госпрограммы, и инвестиции, и многое другое. Скажем прямо, у республики есть большой лоббистский потенциал, и его необходимо максимально использовать для развития региона. Причем это касается не только властных чиновников, распределителей благ или состоятельных бизнесменов. Нужно работать с профессионалами своего дела, вовлекать их в пространство региона, это принесет свой положительный результат.

Так, столичные врачи из ведущих клиник могли бы проводить мастер-классы для врачей в республике, проводить сложные операции и т.д. Такой опыт есть у соседних регионов, где оплачивают своим именитым врачам-землякам лишь билет на самолет и проживание в период командировки. А у нас, к слову, есть земляки, работающие хирургами в НИИ скорой помощи им. Н. В. Склифосовского и в Боткинской больнице. Это лишь небольшой пример. Еще один – из области образования, которая мне и Ассоциации очень близка. При грамотной коммуникации с земляками, работающими в ведущих вузах и научных учреждениях страны, можно было бы содействовать преподавателям и научным сотрудникам уфимских вузов в защитах диссертаций, публикации статей в ведущих научных журналах и т.д. Таких точек соприкосновения много. Башкирию со столицей связывает намного больше, чем кажется на первый взгляд.

Сейчас Госдума рассматривает законопроект, регламентирующий порядок изучения в школах национальных языков субъектов РФ, в том числе и башкирского. Одни – за то, чтобы он был обязательным, другие – за добровольность. Какова ваша позиция по острому вопросу?

– Для решения этнополитических проблем в одной-двух республиках политизировали образовательный процесс везде – мне кажется, это было излишним, а в отдельных регионах можно было найти иные механизмы укрепления федеральной вертикали власти. Сегодня этноязыковой конфликт конфликтен с любой стороны. Ни одно решение не является допустимым. Поэтому, прежде всего, необходим общественный консенсус. Определенно необходимо работать с лидерами мнений, нивелировать и нейтрализовать деятельность откровенных провокаторов с каждой из сторон.

Проведите завтра опрос по преподаванию гуманитарных дисциплин – технари от них откажутся, либо, наоборот, в опросе по точным наукам – от предметов откажутся гуманитарии. Образование – это всегда авторитарная система. Категория «хочу – не хочу» здесь не применима, да и при опросе о желании учить тот или иной предмет всегда победит утилитарная логика.

Моя позиция за сохранение межнационального согласия. Задача из разряда чтобы «и овцы целы, и волки сыты». Конкретики по объемам и схемам преподавания назвать не готов. Мне очевидно, что перегиб в этом вопросе – закладка бомбы под наше общее будущее. Сегодня сложилась ситуация, где правы и неправы все одновременно, в позиции каждой из сторон есть своя, заслуживающая внимания логика. Поэтому нужны равноправная общественная дискуссия и общественный консенсус, договор по этноязыковому вопросу.

1 КОММЕНТАРИЙ

Оставьте отзыв

Please enter your comment!
Пожалуйста, введите здесь свое имя