В последние годы в Уфе обострилась ситуация вокруг памятников культуры, истории и архитектуры. Даже включение объектов, которые, как правило, расположены на самых «жирных» земельных участках, в единый госреестр далеко не всегда спасает. Наиболее известные случаи – исключение из реестра и снос Дома Кочкина, судебные тяжбы вокруг Дома Тихониных. Юрист и активист движения «Архзащита» Эльза Маулимшина рассказала RBtoday о том, что происходит со зданиями старины.

– Эльза, существуют перечень выявленных объектов культурного наследия и госреестр памятников истории и культуры народов РФ. Каждый из этих реестров находится под защитой государства. Объясните, в чем все-таки разница?

– Если говорить об их правовом статусе, то практически ничем не отличаются.

Требования к содержанию и использованию  как выявленного объекта культурного наследия, так и уже включенного в госреестр, одинаковы: их запрещено сносить, изменять предмет их охраны, а земельный участок, на котором они  расположены, запрещено изменять (в т.ч. уменьшать и дробить).

Разница лишь в том, что у выявленного объекта нет защитной и охранной зон, а у включенного в госреестр – автоматически защитная зона от 100 до 300 м. В дальнейшем эта зона может быть изменена. Для этого проводят государственную историко-культурную экспертизу, где эксперт указывает конкретные границы устанавливаемых зон.

– В границах охранной зоны запрещено новое строительство?

– На самом деле, это не совсем так. Защитная зона объекта культурного наследия прекращает существование со дня утверждения проекта зон охраны, а зона охраны объекта может быть наложена и по периметру внешних стен здания, не охватывая его территорию. Таким образом, строительство может быть разрешено, но только с тем условием, что это не повредит памятнику культуры. Для выяснения возможности строительства вблизи памятника культуры проводится историко-культурная экспертиза, которая установит, насколько заявленные земляные и строительные работы безопасны для данного объекта. Например, в непосредственной близости от такого объекта запрещено забивать сваи, которые могут повредить фундамент объекта культурного наследия.

– Как я понимаю, сначала объект вносится в перечень выявленных объектов, затем проводится экспертиза, и, если его историческая ценность подтверждается, он вносится в госреестр РФ. А как объекты попадают в перечень выявленных, кто может подать заявку?

– В принципе любой гражданин может обратиться с соответствующим заявлением. Если вы считаете, что здание красивое и несет какую-то историческую или архитектурную ценность, вы можете направить заявление в Управление по госохране объектов культурного наследия РБ с просьбой внести в перечень выявленных объектов. К заявлению необходимо приложить фотографии объекта и краткую справку об исторической или архитектурной ценности здания. После этого в Башкультнаследии должны рассмотреть представленные вами документы, провести заседание экспертной комиссии, по итогам которой будет принято соответствующее решение.

– Кто выносит решение? Проводится ли какое-то обсуждение, предварительная оценка экспертами этого здания?

– Этот вопрос обсуждается на заседании экспертной комиссии, где присутствуют археологи, архитекторы, историки и другие. Они выносят свою оценку объекта по ряду параметров.

– Значит ли, что выявленный объект культурного наследия будет в будущем признан памятником культуры?

– Вероятнее всего. По закону, выявленный объект должен пройти государственную историко-культурную экспертизу. Такую экспертизу могут проводить только эксперты, аттестованные в Министерстве культуры РФ.

– А в Башкирии есть?

– Да, двое. Это Лебедев Александр Иванович и Шарипов Шарифулла Фанович.

– Легко ли исключить объект культурного наследия из общероссийского реестра?

– Нет, достаточно сложно.

– Насколько я помню, в Уфе уже были такие примеры. Застройщик «ПСК-6» смог через суд исключить из реестра Дом Кочкиных.

– Да. В 2016 году по иску компании «ПСК-6» он исключен из Единого госреестра объектов культурного наследия народов РФ. Тогда суд признал недействительными оба приказа по Доходному дому Кочкина: от 2004 года о включении его как выявленного памятника культуры и от 2015 года о включении в Единый госреестр объектов культурного наследия народов РФ. На самом деле, этот судебный процесс проторил «дорожку» другим застройщикам для лишения памятников культуры охранного статуса. Снос Дома Кочкиных наглядно показал, насколько беззащитны памятники культуры перед тандемом чиновников из администрации Уфы и застройщиков, насколько исторический облик Уфы зависим от прихоти и воли мэрии, отдающей памятники культуры на растерзание и уничтожение застройщикам, в то время как она могла бы выставлять эти памятники культуры на аукционы с целью их реставрации и возрождения.

Дом купца Федора Кочкина был построен в 1915–1917 годах. Он располагался на улице Аксакова, 81. В 2011 году здание было включено в реестр выявленных объектов культурного наследия, с 2014 года признано памятником культурного наследия. Осенью 2016 года застройщик ЖК «Аксаковский» компания «ПСК-6» через Арбитражный суд Башкирии смогла лишить дом охранного статуса. Фото: allufa.ru

 

– Сейчас в суде идет процесс по исключению еще одного памятника культуры из госреестра?

– Да. Дом Тихониных – это единственный объект в республике, который включен в госрееср объектов культурного наследия и по которому в настоящее время идет судебный процесс. Сейчас компания «СтройТЭК», которая строит рядом с этим объектом жилой комплекс «Старый центр», пытается исключить его из всероссийского реестра, оспаривает приказ о включении в перечень выявленных, а также пытается снять специальный режим владения, пользования и распоряжения как с Дома Тихониных, так и с прилегающего земельного участка.

Строители огородили Дом Тихониных после начала строительства многоэтажки.

Это дело примечательно по многим основаниям. Например, юрисконсульт застройщика «СтройТЭК» Ольга Старцева на одном из судебных заседаний в 2017 году с гордостью признавалась, что компания «ПСК-6» депутата горсовета Андрея Носкова оказывает «СтройТЭКу» информационную помощь по делу о лишении Дома Тихониных охранного статуса. При этом Ольга Старцева одновременно выступала в судах и как представитель НПО «Экспертно-технический центр», бывшего арендатора Дома Тихониных, по иску о расторжении договора аренды Дома Тихониных с администрацией Уфы. Вдобавок этот же юрист восстанавливает в суде сроки обжалования приказа о признании объекта выявленным памятником культуры, представляя суду переписку между своими доверителями: застройщиком «СтройТЭК» и бывшим арендатором Дома Тихониных НПО «Экспертно-технический центр». И при этом госпожа Старцева была представителем администрации Уфы в судах по искам о расселении жильцов в зоне застройки компании «СтройТЭК».

Кстати, добавлю, что одним из оснований для расторжения договора аренды между арендатором Дома Тихониных и мэрией послужила как раз переписка между застройщиком «СтройТЭК» и НПО «Экспертно-технический центр». Тогда арендатор Дома Тихониных доказывал суду о невозможности доступа в арендованный объект и невозможности реставрации тем, что единственный вход внутрь памятника культуры находится внутри строительной площадки компании «СтройТЭК», которая отказалась предоставлять доступ сторонним лицам. В том процессе городу было отказано во встречных исковых требованиях к НПО «Экспертно-технический центр» о взыскании задолженности по аренде на сумму свыше 23 млн руб.

– Процесс же начался еще в прошлом году…

– Процесс идет более полутора лет. По моим ощущениям, судья готова была вынести решение еще в прошлом году, однако активные и своевременные действия  Башкультнаследия, широкая огласка судебного процесса в СМИ, в том числе и на телевидении, позиция АрхЗащиты Уфы, тот интерес, который проявляет общественность, являются неким ограничителем к скоропалительному удовлетворению требований застройщика.

В 2015 году мэрия Уфы выставила Дом Тихониных на аукцион по схеме «аренда за рубль». Победителем тендера стала компания НПО «Экспертно-технический центр», которая подняла начальную цену контракта практически в 50 раз – с 200 тыс. руб. до 11,25 млн руб. По итогам аукциона компания должна была к концу 2018 года восстановить за свой счет двухэтажное здание площадью 107 кв. м. После восстановления арендатор мог арендовать здание по цене 1 руб. за 1 кв.м. Однако в прошлом году компании через суд удалось расторгнуть контракт с мэрией. Общественники отмечали, что «Экспертно-технический центр» аффелирован с компанией «СтройТЭК», а НПО арендовало здание, чтобы на территории строительства «Старого центра» не проявились интересы третьей стороны.

– Что сейчас происходит в суде?

– Суд по ходатайству застройщика провел судебную экспертизу ценности Дома Тихониных как объекта культурного наследия, которая оказалась отрицательной.

Между тем ранее Дом Тихониных был включен в Единый госреестр объектов культурного наследия народов РФ на основании положительной историко-культурной экспертизы. По закону, при наличии двух экспертиз с разыми заключениями для исключения объекта из всероссийского реестра обязательна третья – комиссионная экспертиза. Однако суд в ее проведении отказал, сославшись на отсутствие сомнения в достоверности судебной экспертизы.

– Решения суда достаточно для исключения объекта из госреестра?

– Решение суда обязательно к исполнению.

– Не секрет, что большинство объектов культурного наследия находятся в аварийном состоянии. Кто должен отвечать за сохранение объекта культурного наследия?

– Собственник.

– Реставрация, если ее делать по всем правилам, – достаточно дорогостоящее мероприятие. Что делать в том случае, когда объект культурного наследия принадлежит физическому лицу?

– Если у физического лица нет денег на то, чтобы содержать объект культурного наследия в надлежащем состоянии, то он вправе обратиться в местную администрацию с просьбой признать дом аварийным и включить в программу расселения. Муниципалитет, получив такое заявление, имеет право запросить в Фонде ЖКХ России денежные средства на расселение данного дома, право собственности на который уже переходит муниципалитету.

Оставьте отзыв

Please enter your comment!
Пожалуйста, введите здесь свое имя