Окончание. Начало читайте здесь.

Выполнение целевых показателей по здравоохранению в Башкирии в зоне риска. Если в ближайшие пять лет не произойдет то, что сейчас модно называть «прорывом», республика не достигнет целевых показателей, обозначенных в майских указах президента России. Сейчас ситуация, в которой находится региональное здравоохранение, не вызывает энтузиазма ни у работников системы, ни у их пациентов.

Онкология

По данным регионального Минздрава за последние пять лет онкологическая заболеваемость в республике выросла на 16%. Показатель смертности от новообразований в регионе за 9 месяцев 2017 года составил 183,8 на 100 тыс. населения. Цель стоит  снизить индекс до 170 случаев на 100 тыс. населения к 2024 году.

Для этого Минздрав намерен закупить в Республиканский онкоцентр новое оборудование, построить новый корпус учреждения. Кроме того, уже  созданы семь амбулаторных центров на базе крупных профильных больниц, всего же планируется открыть 13 межмуниципальных онкологических центров. Деньги – 4,794 млрд руб. – выделит федеральный и республиканский бюджет.

Однако здесь также не хватает специалистов.  Ранее главный врач РКОД Руслан Султанов констатировал, что в республике требуется 46 онкологов, а в связи с созданием новых центров их нужно 200. «Их сейчас уже надо готовить, потому что проект уже стартует», – подчеркнул он.

– Потребность прежде всего (существует) в первичном звене. Это врачи, которые должны работать в поликлиниках, в первичных онкокабинетах. Там не хватает участковых врачей, врачей-онкологов, то есть первичной службы. Специалисты, которые работают в онкодиспансерах, межрайонных центрах – это врачи-лечебники. Выявлять на ранних стадиях должны участковые врачи и врачи первичного звена. Нам надо срочно готовить большое количество высококлассных специалистов, потому что онколог не может быть не высококлассным. Население стареет, поэтому не надо удивляться, что заболеваемость злокачественными новообразованиями будет расти, и мы будем стремиться, чтобы она росла, потому что выявляемость – это качество нашей работы.

Точный диагноз онкологическому пациенту сегодня могут поставить только в самом РКОД, сообщил Руслан Султанов на круглом столе, посвященном проблемам онкологии, который состоялся в декабре в госсобрании.

– Наш диагноз базируется на патаморфологических исследованиях. Все лечение базируется на патаморфологии. Сделать (ее можно) только в онкодиспансере. В районах нет современной патаморфологии, никто не делает гистоиммунохимию. Есть в республиканской больнице, 13-й и 21-й больнице, но на своем уровне. Нам нужно это исследование погрузить в межмуниципальные районные центры, которые мы хотим модернизировать.

И это только часть проблем: в ближайшее время центр сможет заменить старое радиологическое оборудование, пять аппаратов дистанционного облучения и два – контактного. Но, в соответствии с рекомендациями ВОЗ на регион с такой численностью населения должно быть 15 аппаратов дистанционного лучевого лечения и пять – контактных. «И это еще хорошо, у нас одна из сильных радиологий в субъектах РФ», подчеркнул Султанов.

Но главная проблема онкологической службы, по словам главврача РКОД, – это лекарства.

– Дешевого лечения в онкологии  не существует. У нас хватает денег для того, чтобы лечить пациента в онкодиспансере. Но когда он прошел курс лечения, получил хирургию, лекарственную терапию, радиологию,  то должен еще год-два-три лечиться амбулаторно, а препаратов не хватает. И все, что мы делали в стационаре, без продолжения лечения становится бессмысленным.

По словам Руслана Султанова, на лекарства необходимы «сотни миллионов рублей».

– У нас есть две программы, которые позволяют смягчить этот удар: по раку молочной железы и легких. Пока пациент не получил инвалидность, мы его лечим в онкодиспансере четыре месяца по двум нозологиям. Потом, получив инвалидность, он  должен  перейти в другую систему получения лекарств, по федеральной или региональной льготе. А нам нужно закрыть как минимум такими программами яичники, толстый кишечник и предстательную железу. Нам нужна программа, которая прикроет наших пациентов в амбулаторном режиме лечения.

Улучшить статистику могли бы скрининги: в республике их проводят по двум локализациям новообразований, которые дают высокую смертность.  Но и  здесь снова остро стоит вопрос финансирования: скрининги работают только в том случае, когда они становятся массовыми, а на большой охват исследованиями денег нет. При этом пациентов приходится вести на исследования чуть ли не насильно. То же относится к диспансеризации: люди в ней не заинтересованы. В такой ситуации регион рискует не выполнить годовой план по профилактическим обследованиям.

Смертность

За 9 месяцев 2017 года в Башкирии умерло 38205 человек, и только 349 из них были в возрасте 81 года и старше (официальная причина их смерти – старость). Почти четверть (24,2%) всех умерших – люди трудоспособного возраста. Показатель смертности от болезней системы кровообращения увеличился, индекс достиг 554,9 на 100 тыс. населения за 9 месяцев 2017 году (515,4 на 100 тыс. было за тот же период  2016 года).

Выросла и смертность от ДТП (10,7 на 100 тыс. населения).

Показатель младенческой смертности в 2017 году также увеличился – 7,0 на тысячу родившихся (в 2016 году – 6,0 на тысячу). Но за 9 месяцев 2018 года Башкирии удалось улучшить статистику: относительно этого же периода 2017 года младенческая смертность снизилась на 25%.

узи младенец роддом больница поликлиника медицинское оборудованиеСогласно целевым показателям младенческая смертность должна снизиться до 4,7 на 1000 родившихся.  Для этого планируется купить оборудование в детские медучреждения, построить новые поликлиники, создать комфортные условия для оказания медицинской помощи детям. В рамках этой кампании, возможно, получат свою поликлинику жители двух больших микрорайонов Уфы – Южного и Колгуевского. Уфимцам много лет обещали педиатрическое отделение в шаговой доступности, и однажды даже открыли (как вскоре выяснилось, фиктивно – на сайте администрации появился пресс-релиз с яркими фотографиями, а поликлиника так и не заработала).

В условиях демографической ямы смертность становится все более медицинской проблемой. К 2024 году республика должна снизить число умерших от сердечно-сосудистых заболеваний до 400 на 100 тыс. населения, для этого планируется закупить оборудование для региональных сосудистых центров: ангиограф, аппараты МРТ, ИВЛ, УЗИ.

Проблема с доступностью медицинских учреждений родом из прошлого, объяснил Максим Забелин.

– Если брать проблему городов, то в последние десятилетия, когда проходила массовая застройка с разрешения глав регионов, глав администраций, не предусматривалось строительство школ и поликлиник.

Относительно недоступны медицинские услуги и в районах Башкирии. И. о. министра регионального здравоохранения пообещал, что для улучшения ситуации предусмотрены бюджетные средства, но напомнил и об «экономической целесообразности»:

– Когда человек просто хочет обратиться к врачу –  это одно, а когда он хочет обратиться к узким специалистам и пройти исследование – это другое. Все равно ему придется ехать в райцентр.

Деньги и ничего больше

План мероприятий в сфере регионального здравоохранения утвержден, финансирование предусмотрено. Однако пока это – всего лишь цифры. Работа системы здравоохранения не определяется одними бюджетами, подчеркнул Леонид Рошаль. Чтобы система эффективно заработала, нужно нечто большее.

– Общая программа: выделено столько-то денег, запущено такое оборудование, прочее – это еще не решение вопроса. Решение вопроса в профессиональной плоскости: что мы будем делать, как мы продвинемся. Я не понимаю, как мы будем выполнять конкретные поручения. Что мы конкретно в республике должны делать для того, чтобы ДТП уменьшались, чтобы смертность (людей) трудоспособного возраста, от новообразований (снижалась). Очень важно для нас знать, что мы должны делать, чтобы достичь таких результатов.

В подтверждение этих слов он рассказал о собственном опыте работы в хирургии новорожденных: «работаешь в течение трех, четырех, пяти, шести лет, все делаешь так, а он погибает, потом наступает момент, когда единство в коллективе, неосязаемое что-то, и они выздоравливают, выздоравливают».

– Мы построили перинатальный центр, но это не значит, что завтра снизится младенческая смертность, это не волшебная палочка, – подчеркнул Рошаль.

Пока у Башкирии есть финансирование, вера в «волшебную палочку» и оптимизм. Но нет ответов на извечный русский вопрос.

Оставьте отзыв

Please enter your comment!
Пожалуйста, введите здесь свое имя